Готовность к чему‑либо нельзя заиметь ни с того ни с сего, просто по собственному желанию. Готовность к самопожертвованию, например, воспитывается и является следствием тех идей, которым человек предан и которые кажутся ему очень важными. Идейные люди вообще готовы ко многому, хотя не всегда их идеи бывают возвышенными. Мошенник готов вас обмануть, если вы дадите ему такую возможность, и его идея проста до безобразия – лох заслуживает того, чтобы быть обманутым. И в этом кроется главная особенность любой готовности – она всегда связана с возможностью и практически никогда – с необходимостью. Готовность существует при возможности выбора – как поступить – и тогда появившаяся возможность или используется, или нет.

Помимо готовности, возникающей на фоне обусловленности идеями, есть готовность эмоциональная, когда человек готов вспылить, испугаться или впасть в депрессию, если ему дадут такую возможность. Это готовность бессознательная, и сам человек о ней даже не подозревает, считая свои реакции спонтанными и никак не подготовленными. У тех, кто подавляет чувства и эмоции, подобные реакции не являются редкостью, и по их силе можно судить о том, как много гнева или страха накоплено у человека внутри.

Готовность к тому, чтобы воспользоваться возможностью или упустить её, нередко становится одним из главных факторов достижения успеха на любом поприще. И точно так же готовность искателя к тем или иным действиям становится важнейшей составляющей успеха его поиска и продвижения по Пути. Причём на разных его этапах требуется разная  готовность, ровно соответствующая тем возможностям, которые данный Путь предоставляет.

Вначале искатель должен быть готов к приложению усилий в выполнении практик и в следовании указаниям. Неважно, получены ли эти указания из книг или прямо от учителя – поскольку нет другого способа обрести собственный опыт, искателю необходимо  следовать им, и следовать как можно точнее. Если он по каким‑либо причинам не готов к этому, значит, он не искатель, а любопытствующий, которому Путь не нужен, а нужно что‑то другое. Бывают такие, кто готов следовать, но только в рамках того, что им кажется разумным и правильным, а в рамках Пути это нонсенс. То, что видит искатель в начале своего поиска, есть набор проекций и ложных представлений, от которых нужно избавляться, а не стремиться их укреплять. К тому же тем, кто хочет опираться на самих себя, нет на Пути места, ведь на нём ищут избавления от самости и опираются на следование Воле Бога, а не на собственные желания. Умение следовать указаниям – чего так не любит человеческое эго, стремящееся жить одними только желаниями, – в конце концов, становится ключом к Сдаче.

Без готовности к приложению усилий не имеет смысла даже мечтать о духовной трансформации. Причём тут существует две градации готовности: первая – начальная, когда нужно выполнять практики ежедневно, превозмогая внутреннее сопротивление и лень, и вторая – которая нужна на более поздних этапах работы. Рано или поздно добросовестный искатель привыкает к постоянному усилию в самоосознании и к выполнению разного рода практик, и они перестают быть для него проблемой. Однако в Работе время от времени возникают особые возможности, которые требуют особого  усилия, отличного от обычного. Как правило, это усилие сверх обычного, требующее большой самоотдачи и даже, может быть, какой‑то жертвы. Специально приготовиться к нему не получается, поскольку возможность для этого усилия возникает внезапно и нельзя заранее предсказать, какую форму оно должно иметь. Поэтому нужна готовность к совершению предлагаемого усилия – готовность начать действовать сразу, как только представилась такая возможность, ведь она даёт искателю куда больший опыт, чем его привычные усилия. Поэтому сверхусилия имеют высокую ценность, но они должны быть совершены в правильное время и в правильной форме. Возможность сверхусилия представляется искателю тогда, когда он работает под руководством Мастера, – в других условиях, как правило, она не возникает. Бывает, что искатель, работающий в одиночку, попадает в ситуацию, требующую от него сверхусилия, и тогда он его совершает, но само возникновение подобных ситуаций не гарантирует того, что совершённое усилие принесёт какие‑то серьёзные плоды, а не окажется энергией, потраченной впустую. Не все жизненные ситуации дают нам возможность прорыва в духовной работе, хотя и требуют иногда серьёзных усилий для своего разрешения. К тому же не всегда искателю понятно, что нужно делать в сложившейся ситуации и какого рода практика здесь нужна. Универсальной практикой для любой  ситуации является осознание себя, но немногие способны пройти возникающий стресс, не теряя осознанности и не отождествляясь с чувствами. А потому возможность сверхусилия чаще всего возникает в работе, производимой под руководством, которое осуществляется или Мастером, или Волей Бога.

Готовность, как я уже упоминал выше, не появляется по желанию. Нельзя, будучи внутренне не готовым, захотеть и сделаться абсолютно готовым ко всему. Это противоречит нашему внутреннему устройству, и в духовной работе попытки подобного рода всегда терпят неудачу. Имитация готовности никогда не заменяет истинную готовность, а потому тот, кто начал выдавать желаемое за действительное, не может приложить необходимое усилие и упускает возможность. Неготовность  равна нежеланию, и потому энергия просто не идёт туда, куда человек не хочет её направлять, что бы при этом он сам о себе ни думал.

В случае со сверхусилием – готовность к нему возникает вследствие сочетания нескольких факторов. Во‑первых, она растёт по мере роста доверия к Мастеру и методам его работы. Это доверие – плод опыта, который получает искатель в процессе выполнения практик и взаимодействия с Мастером. Во‑вторых, готовность растёт вместе с убеждённостью в необходимости и полезности усилий – то есть опять собственный опыт является жизненно необходимым. Другими словами, готовность искателя к тому, чтобы использовать имеющиеся и вновь возникающие возможности, вызревает  вместе с тем, как сам искатель становится более зрелым. И в‑третьих, готовность растёт вместе с желанием достигнуть поставленной цели, и она становится почти беспредельной на фоне всепоглощающей необходимости в познании Истины и Бога. Такая связь между необходимостью и готовностью существует – чем больше необходимость искателя, тем выше его готовность.

Работа над собой меняет жизнь искателя и порой требует каких‑то внешних перемен. Когда меняется внутренняя ситуация человека, ему становится трудно поддерживать прежние отношения, играть те роли, к которым привыкли окружающие, и выполнять действия, утратившие смысл. Это не значит, что искатель выпадает из социума, просто его внешняя ситуация так или иначе связана с ситуацией внутренней и в ней тоже происходят изменения. Тому, кто не готов к такого рода переменам, нелегко или почти невозможно продолжать двигаться дальше, и он застревает и останавливается в своём развитии. Эта остановка может быть недолгой, а может оказаться финалом поиска. Страх перед переменами лишает человека шанса измениться, и о готовности тут уже говорить не приходится.

Нередко в поиск приходят люди, которым кажется, что они знают, от чего им следует избавиться и что приобрести взамен. Это поиск идеальной версии себя, поиск улучшений, которые должны помочь человеку принять себя и начать производить благоприятное впечатление на других. Поиск этот ложный, и в нём заинтересовано человеческое эго. Чего‑то подобного вначале ищет любой искатель, однако тот, кто ищет высшего, довольно быстро освобождается от желания угодить окружающим, равно как и от того, чтобы начать нравиться самому себе. Смысл внутренней работы заключается не в том, чтобы что‑то приобрести, – скорее, нужно избавиться от лишнего. Например, от желания нравиться людям и от зависимости от их мнения, которое сопровождает это желание. Именно желание конкретного ожидаемого  результата делает искателя закрытым для неожиданного, и он не готов ни к чему, что не укладывается в рамки его ожидания. Так люди снова и снова упускают Истину.

Бывает так, что наличие готовности само по себе создаёт возможность для следующего шага по Пути. Например, готовность отказаться от собственной воли открывает возможность принять Волю Бога. Ровно в тот момент, когда человек становится готов к Сдаче, возникает возможность сделать это. И тут уж либо он делает шаг, либо откладывает его – и значит, он ещё не готов в необходимой степени. Однако, откладывая шаги подобного рода, можно вообще потерять все  возможности, предоставляемые Работой. Похожая ситуация складывается с принятием ученичества – если ученик долго колеблется, размышляя, готов он или нет к этому шагу, то, конечно, он не готов – а точнее говоря, он этого не хочет. Отсюда следует, что он хочет чего‑то другого – а именно контроля над своей работой и вообще всем. Готовность следовать вступает в противоречие с желанием контролировать, и желание чаще всего побеждает.

Если ранние стадии Пути требуют от искателя одних видов готовности, то поздние – совсем других. По мере прохождения разных этапов Пути, а также обретения духовного видения и опыта искатель становится готовым к тому, чтобы утратить всё. Это высший вид готовности на Пути – готовность к тому, чтобы отказаться от всего – даже от самого Пути и всего, что на нём было получено. Фактически, это готовность потерять себя, и она необходима тем, кто ищет высшего опыта исчезновения  или растворения в Боге. Понятно, что эта степень готовности недостижима без состояния полной непривязанности, которая, в свою очередь, невозможна без высокого уровня осознанности. Когда человек готов потерять всё, включая собственную жизнь, тогда он готов к прохождению высшего опыта. После этого человек уже не нуждается ни в каких видах готовности, однако это не означает, что его Путь завершён. Путь продолжается ровно столько, сколько человек остаётся в теле, просто после этого несколько меняется содержание Работы, выполняемой человеком. Впрочем, изменение форм и содержания Работы происходит и на более ранних этапах Пути – по мере его прохождения, поэтому опыт такого рода постепенно получает каждый, кто продвигается по нему. Так же – двигаясь по пути, искатель получает опыт реализации возможностей и своей готовности или неготовности к этому. Тот, кто готов, двигается быстрее и проходит дальше; кто не готов – остаётся позади на время или навсегда. Таковы законы духовной Работы, поиска и Пути, и их надо знать, ибо знание тоже готовит человека к тому, через что ему придётся пройти для достижения своей цели.