Суфизм – это служение. Служение человека Богу. Перед человеком, вступающим на путь суфия, нет другой цели, что бы об этом ни говорили. Служение дает возможность растворить собственную волю в Великом Океане и следовать Его Незримым Течениям. Человек становится орудием, видящим Узор Жизни и влияющим на него, когда возникает Необходимость. 

Возникновение Необходимости является ключом к пониманию взаимной истории разных государств и суфизма, явления, которое, в некотором смысле, является гармонизирующим элементом хода мировой истории. 

Эти положения можно проиллюстрировать с помощью следующего небольшого отрывка, который кратко повествует о работе ордена Мастеров «Хваджаган», появившегося как ответ на Необходимость того времени. 

 

ХВАДЖАГАН 

Традиция утверждает, что на протяжении тысячелетий существует «Внутренний Круг Человечества», способный мыслить в масштабе тысячелетий и обладающий знанием и силами высшего порядка. Время от времени его члены вмешиваются в дела человечества. Они делают это не как руководители или менторы, но ненавязчиво, вводя определенные идеи и техники. Это вмешательство призвано выправлять все отклонения от предопределенного курса человеческой истории. Утверждают, что «Внутренний Круг» прикладывает свои усилия в тех областях и в то время, когда ситуация для человечества становится критической. 

Одной из таких ситуаций считается период с 950-го по 1450 год. В то время в распадающиеся империи — Китай, Индию, Багдад, Византию и Рим — устремились орды из Средней Азии. В самой гуще этих событий и появилась организация, называвшаяся Хваджаган. Ее членами в основном были турки или персы, а ее главные центры находились в Бухаре, Самарканде, Балхе, Герате и в районе Гиндукуша. 

Первым главой Хваджаган считается Юсуф Хамадани (1048-1140), известный как Кутб уль-Ивлийя, или «Ось Святых»… Его четвертым преемником стал Абдул Халик Гиждувани, [который] сформулировал принципы учения Хваджаган в восьми кратких правилах под названием «Сущность Учения Мастеров». 

Гиждувани умер в 1190 году, и его преемником стал Ахмед Садик из Бухары…Когда в 1206 году Чингисхан был объявлен Великим Ханом всех монголов, Садик начал осуществлять перенос Внутреннего Круга Мастеров в Бухару, где он и просуществовал много веков... Были подготовлены три линии обороны. 

1. Некоторые суфии эмигрировали. 

2. Некоторые остались и намеренно пошли на сотрудничество с новым режимом. 

3. Некоторые остались и продолжили свою деятельность, замаскировав ее внешнюю форму. 

Среди тех, кто эмигрировал, был отец Джалаладдина Руми, теолог и мистик «западной школы», последователь Ибн алъ-Араби. Другим эмигрантом, принадлежавшим к той же школе, был Ниджамуддин Дайя. 

Некоторым из оставшихся суфиев удалось стать доверенными советниками Чингисхана. Во многом благодаря их помощи Чингисхан успешно управлял захваченными землями. Среди этих суфиев были Махмуд Йалавадж и его сын Масуд Йалавадж. 

В последующие два неспокойных столетия школа Хваджаган непрерывно продолжала выполнять свою задачу — обучала ускоренному духовному развитию и готовила избранных, а через них это влияние распространилось в Азии, Европе и Северной Африке. 

«Подпольная» группа, возможно, ушла в горные ущелья, что тянутся вдоль реки Сыр-Дарья, где огромные пещерные системы идеально подходили для тайного существования духовной общины, полностью изолированной от мира. 

В середине XIII века, когда главой общины был Азизан Али, Монгольская империя достигла своего максимального расширения, и для Хваджаган вновь заявить о себе открыто уже не представляло опасности. 

Азизана Али сменил его сын Ибрагим, а затем Мухаммед Баба Семаси. Четвертым его преемником стал Сейид Эмир Кулал, ему суждено было стать наставником Сейида Бахауддина Накшбанди. 

Члены ордена Накшбанди считают себя преемниками Хваджаган и наследниками их бараки и их знания. 

Бахауддин непродолжительное время находился рядом с турецким шейхом по имени Касим из Бухары, а затем 12 лет служил другому турецкому суфию, Халилу Ате — советнику султана. Бахауддин сопровождал его ко двору, но унаследовать его придворную должность не пожелал. Зато многие из его собственных учеников впоследствии становились учителями и советниками принцев и правителей самых разных народов.